Форма входа

Календарь новостей

«  Ноябрь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930

Друзья сайта





Суббота, 18.11.2017, 00:16
| RSS

Пермский государственный университет

Историко-политологический факультет

Кафедра Истории Древнего Мира и Средних веков

 

Адрес: Россия, г. Пермь, ул. Букирева 15 , корпус №2 ауд. 307 Индекс: 614000

Главная
И.С. Колпаков "ПОТЕРЯННАЯ КОЛЛЕКЦИЯ СУРУЧАНА"


Любой работающий с фондами Пермского Государственного Университета удивляется, откуда в провинции такие экспонаты – в России на античные и египетские древности люди привыкли смотреть сквозь витрины Музея Изобразительных Искусств им. Пушкина. Изучая терракотовые фигурки, я заинтересовался историей их появления на суровом Урале. Однако информация из архива казалась неполной. В годы гражданской войны у какого-то Эльтермана было куплено почти две тысячи археологических предметов. Более подробное изучение истории появления этих вещей в коллекции Университета привело к именам знаменитых антиковедов XIX века. Впрочем, по порядку.

В 1916 году указом Его Императорского Величества был основан Пермский Университет. Всего за несколько лет, несмотря на трудности и перипетии гражданской войны, руководителям созданного при учебном заведении музея древностей и искусств удалось собрать уникальные коллекции античных и египетских вещей.

Первый хранитель музея – профессор Б.Л. Богаевский, ученик Ф.Ф. Зелинского был исследователем греческой религии. Именно он принимал первую коллекцию античных вещей, состоящую в основном из фрагментов краснофигурной керамики, у Императорской Археологической Комиссии. 1

В 1918 году обязанности хранителя музея древностей и искусств при Пермском Университете исполнял первый и крупнейший археолог Урала – Алексей Викторович Шмидт. За 12 лет своей работы он написал около 50 работ, в том числе и две книги. В Пермском университете Шмидт читал лекции по археологии Прикамья и истории Востока. И, естественно, будучи руководителем Музея, продолжил дело профессора Богаевского по составлению фондов.2

В ноябре 1918 года А.В. Шмидт отправляется в командировку за материалами для музея древностей и искусств. В Санкт-Петербурге он покупает у некоего Аарона Фроловича Эльтермана обширное собрание греческих и египетских предметов из бронзы, стекла, кости. Терракотовых фигурок, ваз, светильников и прочих экспонатов набралось 1800 штук.

Шмидт, разумеется, отметил, что коллекция ценна не только количеством, но и качеством. Ведь начинал виднейший уральский археолог свою научную деятельность в качестве египтолога. Он учился у знаменитых и маститых исследователей – Тураева, Ростовцева, Струве. Шмидт, несомненно, осознавал важность возможной сделки.

Обратимся к архиву музея. 19 декабря 1918 года между А.Шмидтом (фигурирует в документе как «представитель Пермского Университета») и А. Эльтерманом был заключен договор о покупке всей коллекции.

«19 декабря 1918 года.

Договор.

1.Пермский Государственный Университет через своего представителя, и.о. хранителя Музея Древностей Пермского Государственного Университета Алексея Викторовича Шмидта приобретает для Музея Древностей у А.Ф. Эльтермана (Петроград Гороховая ул. Д. 27) принадлежащее ему собрание древностей, состоящее из терракот, ваз, сосудов, стекла, бронз, кости, светильников и других греческих, римских и египетских предметов за тридцать пять тысяч рублей.

Примечание: количество предметов указывается в прилагаемой при сем описи.

2.Следуемые А.Ф. Эльтерману тридцать пять тысяч рублей уплачиваются в следующем порядке: двадцать тысяч немедленно при заключении договора, пятнадцать тысяч в один или два срока в течение первых двух месяцев 1919 года. Собрание вывозится из Петрограда в Пермь лишь по получении А.Ф. Эльтерманом двадцати тысяч рублей.

3.Пермский Университет немедленно дает А.Ф. Эльтерману обязательство в уплате упомянутых пятнадцати тысяч в течение первых двух месяцев 1919 года.

4.А.Ф. Эльтерман немедленно предоставляет свое собрание для упаковки, после чего оно помещается на хранение в Государственном Эрмитаже.

5.Расходы по упаковке производятся на средства Пермского Государственного Университета и оплачиваются им по предъявлению А.Ф. Эльтерманом особого счета.

6.За ценность и сохранность вещей и их поломки при перевозке А.Ф. Эльтерман не отвечает.

А.Ф. Эльтерман.

Представитель Пермского Университета А.Шмидт».3

Согласно договору, Аарон Фролович Эльтерман получил для начала 20 тысяч рублей. Подтверждение тому – счет.

«Счет

Музею Древностей при Пермском Государственном университете от Аарона Фроловича Эльтермана Петроград Гороховая ул. №27. продано собрание греческих римских и египетских предметов состоящих из ваз, вазочек, стекла, светильников, терракот, предметов из бронзы, из кости, бус и других археологических древностей в количестве одна тысяча восемьсот (1800) эксземпл. всего за сумму 35000 р.

Итого 35000 р.

Тридцать пять тысяч рублей.

А.Ф. Эльтерман

Ноября 30-го 1918 года». 4(Оригинальная пунктуация и орфография сохранены.)

Эльтерман предоставил вещи для упаковки, после чего они отправились на хранение в Эрмитаж. В начале 1920 года купленная коллекция благополучно добралась до Перми. Об этом нам свидетельствует запись в инвентарной книге. 5

Для переправки коллекций использовались охранные грамоты. Пример таковой можно обнаружить в архивах музея (Охранная Грамота – «Российская Федеративная Советская Республика. Народный комиссариат по просвещению. Отдел управления делами.

4 октября 1918 г. № 9779/2566 Москва, Остоженка, ул. Крымск. проезда, 53. Охранная грамота»).

Остальная часть договора, касающаяся денег, отметим ради исторической справедливости, выполнена не была.

На обратной стороне счета читаем:

«По сему счету получил двадцать тысяч рублей (20000) А. Эльтерман.

По сему счету получил в уплату четыре тысячи рублей (4000) А.Эльтерман. апреля 12-го 1919 г.

По сему счету получил одну тысячу рублей. А. Эльтерман. Мая 20-го.

По сему счету получил одну тысячу рублей. А. Эльерман. Июня 4-го 1919 г.

Девять тысяч недостатка Эльтерману уплочены не были. Зав. Музеем Древностей А. Шмидт.

20/окт. 1923 г.»6

Из положенных по договору 35-ти тысяч рублей Аарон Эльтерман получил 20000+4000+1000+1000=26000 рублей. Отметим, что по договору университет обязался выплатить остальные деньги в течение первых двух месяцев 1919 года. Однако только к 4-му июня Эльтерман получает еще 6 тысяч рублей. На этом выплаты заканчиваются. 9 тысяч рублей, как педантично отметил А.В. Шмидт, ни Эльтерман, ни его семья не получили.

Гражданская война пощадила коллекцию, которую без проблем удалось перевезти через пол-России, но не пощадила самого Эльтермана и его семьи.

Кто же был владельцем обширной, дорогой и ценной с научной точки зрения коллекции? Кто такой Аарон Эльтерман? Выяснить это помогает Адресная Книга Санкт-Петербурга, изданная в 1912 году. Там мы обнаруживаем фамилию «Эльтерман»:

«Эльтерман Аарон Фрол. Мещанская, 11. Часов. маст. «Весь Петербург на 1912 год: адресная и справочная книга г. С.-Петербурга». Издание А.С. Суворина. 1912». 7

Итак, Аарон Фролович Эльтерман – часовых дел мастер. Это многое объясняет, ведь в руки часовых мастеров зачастую попадали антикварные вещи. Часовщики приторговывали серебром, монетами и археологическими древностями.

Вновь обратимся к архиву музея. Он поможет рассказать о судьбе Эльтермана и его семьи. Эту записку написала вдова Эльтермана в 1923 году. Обращена она к А.В. Шмидту.

«10/12/X-23 г.

Многоуважаемый Алексей Викторович,

Обращаюсь к Вам с огромной просьбой: в виду того, что Пермский Университет несколько лет тому назад купил у моего покойного мужа, чрез Вас, много археологии и остался должен. (Вам уже известно о смерти моего мужа, т.к. Вы в 1922 г. были в П гр. и посетили меня, и обещали, как только будет возможность Университет мне уплотит. Сумма Вам известна, ибо счет находится у Вас.) В настоящее время я нахожусь в безвыходном положении, не имею абсолютно никакого заработка, а потому прошу Вас, Алексей Викторович, будьте так любезны, выслать мне причитающиеся деньги с Университета, за что я буду Вам бесконечно благодарна; т.к. эти деньги дадут возможность мне с моими детьми некоторое время существовать.

Простите за беспокойство, но нахожусь в тяжелом материальном положении.

С почтением

А.Эльтерман.

Мой адрес: Петроград, Гражданская ул. (бывшая Мещанская), д.№11, кв.16. Эльтерман.

P.S. В случае, если какая-нибудь задержка в финансовом отношении у Университета (что для меня, конечно, будет очень печально), прошу пожалуйста известить письмом.

Эльтерман».8

Тех самых злополучных 9-ти тысяч вдова Эльтермана так и не получила. Можно себе представить судьбу бывшей жены перекупщика, с детьми, в беспокойные 20-е годы.

Какое же отношение имеет история коллекции Эльтермана к другой знаменитой коллекции – помещика Суручана?

Вот и ответ на этот вопрос.

Будучи часовым мастером, Эльтерман не мог описывать предметы, да вряд ли бы ему пришла в голову идея заняться этим специфическим делом. Археологические древности попадали в руки таких людей волей случая. Однако многие предметы собрания имеют тщательно и кропотливо написанные одним человеком этикетки. Их автором мог быть только настоящий коллекционер и любитель. Каждому предмету присвоен номер, описана легенда приобретения, продавец, место обнаружения, цена и проч. Коллекция же Суручана считалась большей частью утраченной навсегда, лишь остатки собрания можно обнаружить в некоторых музеях страны. Подтверждает тот факт, что коллекция Эльтермана, точнее, ее часть – это бывшая коллекция Суручана и содержание самих этикеток. Итак, читаем:

«Из коллекции Casstalani в Риме, которую купил у него антиквар Dgeseppe Pacini. В 1886 году мая 3-го купил у него Пачини во Флоренции. 25 шт. по 2 фр. = 80 коп. каждый. Пачини сказал, что светильник дорогой, давно этрусский» (Далее неразборчиво.)

«1894 г. апреля 2го купил в Кишиневе у Ермолая Запоровскаго за 10 руб. Найден был в Керчи 1889-1884 годах. Что еще я у него купил – см. коробку с золотыми венками».

«1893 года августа 18 купил в Кишиневе от Наделя за 20 рубл. Найдена в июле сего 1893 года в Керчи. Что еще у него купил – см. 0/5 гипсовые украшения Ниобид».

«1896 г. августа 20-го купил в Кишиневе за 3 рубл. 50 коп. Найден в августе сего 1896 г. в гробнице Парутины».

«1892 г. Купил в Кишиневе за 5 руб. Из Одессы от Наделя».

«1894 г. Сентрября 4-го купил у торговца древностями И.М. Наделя за 5 рубл. Найдена была в этом 1984 г. в Керчи. Что еще я у него куипил – смотри черную полированную вазу с рельефными изображениями жертвоприношений и с 2-мя кручеными ручками»

«1893 года июня 30-го купил в Кишиневе от Наделя за 1 руб. Найдена была в Керчи в мае сего 1893 года. Подробности, что я еще купил у него смотри в середине терракотового ящичка».

«38 1891 г. августа 14 купил в Керчи у Бориса Бугзеля за 2 рубля. Всех вещей купил у него: 40 стеклянных сосудов, 4 кольца стеклянных и одно малое золотое кольцо с надписью, чернополированную амфорочку, 1 стеклянный браслет голубой и 6 стеклянных украшений. За все уплотил 395 рублей».

«1891 г. августа 13-го купил в Керчи у Вайнштейна за 2 рубля. Всего разных предметов купил у него 80 штук за 34 рубля».

«1893 Август 15 Получил по почте из Очакова от Нахмановича за 2 рубля. Найдена была в июле сего 1893 года. Еще я купил у него: 1) чашку с двумя ручками полированную – 1 руб. 2) бусы – 242 руб. 3)Две олив. Вещи для рыбал. – 75 коп. 4) малокен. бронз. фигурка – 8 руб. Все за 60 руб. Синеньк. Кувшин стеклян.»

«600 1895 г. Купил в Египте за 74 коп. Найдена была в 1895 году».

Итак, этикетки с вещей коллекции Эльтермана дают нам немало информации. Отметим еще раз – это обособленная часть вещей Эльтермана, явно из какой-то единой коллекции. О ее былых размерах можно судить по записям: «40 стеклянных сосудов, 4 кольца стеклянных и одно малое золотое кольцо с надписью», «разных предметов купил у него 80 штук за 34 рубля»; упоминается «терракотовая коробка», «золотые венки». Цена всей коллекции, по-видимому, была попросту баснословной.

И еще очень важная деталь: «география этикеток» и даты на них. И, безусловно, сами вещи.

Итак, наша статья называется «Потерянная коллекция Суручана». Какое имеет отношение Суручан к собранию Эльтермана и Пермскому Университета? Для начала выясним, кто такой Суручан.

Иван Кассианович Суручан родился в 1851 году в Кишиневе. Его отец, бессарабский помещик, умер, когда сын его был еще ребенком. В результате за воспитание взялся его отчим – П.М. Шумский. Под его влиянием уже в детстве Суручан заинтересовался древней историей и начал коллекционировать монеты. Здесь же, в Кишиневе, Суручан учится в Кишиневской гимназии, затем в частной гимназии в Одессе и в Нежинском лицее князя Безбородко. Однако в связи с болезнь Иван Кассианович возвращается в Кишинев.

Свободное время и деньги располагали к продолжению детского увлечения – коллекционирования. У торговцев древностями (Надель, Нахманович, Вайнштейн – эти фамилия встречаются в этикетках к вещам) и случайных людей он покупает разнообразные вещи, в первую очередь из Южной России, которая в это время превратилась в «клондайк» для «черных» археологов: антики вывозились практически тоннами, в основном, за границу. Немало вещей спас И.К. Суручан от такой судьбы. При этом, любитель старины стремился записать подробнейшую информацию о находке – место, время, стоимость, фамилию продавца. Образовавшийся музей занимал флигель и часть дома Суручана в Кишиневе. «Музей включал в себя скульптуру, надгробия, около 200 надписей, золотые и серебряные украшения, изделия из бронзы, геммы, около 12 000 монет, брактеаты, терракоты, несколько сотен стеклянных сосудов, амфоры, расписные вазы и другие керамические сосуды, клейма, бусы, изделия из дерева и кости. В основном, эти древности были найдены на юге России: в Ольвии, Тире, Пантикапее, на острове Березань. В коллекции были также вещи, привезенные из Египта, Греции и Италии». 9

Суручан обзавелся постоянными поставщиками, сотрудничал и с настоящими историками-антиковедами, в том числе и зарубежными. С согласия Археологической Комиссии Суручан проводит раскопки курганов в окрестностях Древней Ольвии и в Бессарабии. Выезжал он и за границу. Суручан «был почетным членом Румынской академии в Бухаресте, действительным членом Одесского общество истории и древностей, Русского археологического общества и Киевского церковно-археологического Общества», - отмечает Е.В. Власова.10 Вот такой любитель старины. Суручан вел переписку с В.В. Латышевым, которому сообщал обо всех находках надписей. В итоге часть собрания была опубликована: в частности, «Труды VI Археологического съезда. Одесса, 1888», т. 2, стр. 3132.

Несмотря на такой научный подход к любимому делу, Иван Кассианович не успел даже составить каталога своей коллекции. Не распорядился он и как быть с вещами после его смерти. Неожиданная кончина Суручана в 1897-ом году предопределила судьбу коллекции, которая не была сохранена в единстве.

После смерти коллекционера фонды домашнего музея осматривает

Б. В. Фармаковский. Он же советует Археологической Комиссии коллекцию приобрести. Несмотря на переписку с Комиссией и Академией Наук, дело продажи не двигалось. В итоге вдова коллекционера О. Х. Суручан-Горонович поручила известному торговцу древностями Ш. Гохману продать коллекцию. Вещи поехали в Берлин. Часть стекла и терракоты была продана в Одессе И.Л.Конельскому.

«В 1909 г. в имении "Вадель-Воды" близ Кишинева, куда была перевезена оставшаяся часть коллекции, побывал Б. В. Фармаковский. Он снова осмотрел коллекцию и по возвращении доложил, что "памятники древностей не вызывают сомнений в их подлинности и большею частью удовлетворительной сохранности" и что "вдова продает коллекцию за 8000 руб., с условием оплаты в 3 года". Археологическая Комиссия предлагала покупку коллекции Российскому историческому музею и Музею Одесского общества истории и древностей, но у них не было денег. По требованию Археологической Комиссии в 1911 г. вдова составила опись и сделала фотографии вещей, количество которых продолжало уменьшаться. Вдова жаловалась, что библиотеку ей на вес предлагали купить».11

Переписку продолжали до 1914 года. В конечном счете, скульптуру и надписи из Коллекции Суручана приобрело Херсонское городское управление для Музея древностей Херсонского края, который пострадал во время второй мировой войны.

Еще одна важная подробность, на которую указывает Е.В. Власова: «В 1938 г. в Эрмитаж поступило собрание академика Н. П. Лихачева; в нем оказалось 8 фрагментированных надписей некогда находившихся в музее Суручана в Кишиневе (IOSPE, I, 60c, 157, 185a, 266, 284, 306, 307; BCH, XVIII, <FONT face="


Copyright MyCorp © 2017